Главная О нас События Арт-Медиа Мысли Ку.Группа "А" Статьи Мы

ПАРТНЕРЫ

arkan
Grand Hotel Europe
Akademika
Кафе "Mesto"
Korovabar
Дегтярные Бани

Новости

Голышом в искусство 28 августа 2018

Голышом в искусство

 

 

 

У Марины Абрамович есть перформанс (он так же показан в фильме): два обнаженных человека (мужчина и женщина) стоят друг напротив друга, образуя между собой небольшое пространство, через которое, для того, чтобы попасть на выставку, посетители вынуждены протиснуться. И многие стоят в нерешительности.
Можно ли этот перформанс назвать произведением искусства? И здесь, наверно, будет уместно спросить: а что такое вообще "искусство"? И что такое "современное искусство"?
В общих словах, искусство — это способ познания, выраженный в творческом процессе, итог которого объект (текст, картина, инсталляция, перформанс, скульптура, здание...), имеющий в себе уникальное сочетание художественных особенностей. Разумеется, многое зависит от того, кто воспринимает тот или иной объект. От культурного уровня воспринимающего, его интеллектуальных возможностей, даже природных талантов. То есть для какой-нибудь школьницы из 11Б с тройкой за сочинение по "Преступлению и наказанию" и смутным представлением кто кого куда в "Войне и мире" — панчи Гнойного это шедевр. Мурашки по коже, сердцебиение и грезы о соитии. А вот для искусствоведа из Третьяковской галереи творчество указанного репера может оказаться не более чем пошлостью (не в смысле речитатива про гениталии близких родственников, а в смысле банальности и отсутствия какой-либо художественности ценности текста вообще). И в то же самое время мессы Палестрины доведут искусствоведа до экстаза и — опять же — побудят к соитию, а школьницу эти мессы приведут разве что ко сну (возможно, летаргическому). Почему так важен воспринимающий? Разве произведение искусства не самодостаточно? В этом смысле нет. И никогда не было. Одно из основополагающих свойств любого произведения искусства — коммуникация (со зрителем, слушателем, читателем). Литература не существует без читателя (как и не существует без автора), музыка — без слушателя, кинематограф — без зрителя и т.д. Но в XX веке художники вдруг поняли, что эта самая коммуникация не что-то отдельное от картины или постановки, но элемент самого произведения искусства, что в конце концов вылилось в работу со зрителем, его вовлечение в «среду» произведения искусства, энвайронмент.
Еще в 19-ом веке обязательным компонентом, без которого не мыслилось никакое искусство, было мастерство (художника, писателя, композитора...). Так на самом деле остается и по сей день. Но в 19-ом веке это касалось почти всегда исключительно исполнения, соблюдения стиля, техники. В начале 20-го века (на самом деле чуть раньше — в эпоху Возрождения, но сейчас не об этом) мастерство перешло в область идей. Это не значит, что все вдруг разучились нормально рисовать. На самом деле почти любой выпускник-реставратор из репинки напишет вам копию "Саломеи" Тициана в перерывах между сериями "Игры престолов". И вы не сможете отличить копию от оригинала. А вот с идеями все куда сложнее. Еще сложнее — выразить эти самые идеи. Не буду пересказывать всю историю современного искусства, потому что вы все равно уснете быстрее, да и — подозреваю — вы ее знаете. Приведу лишь один пример. Всем известно "творение" итальянца Мандзони. То самое творение в консервных баночках. И, разумеется, большинству кажется ужасным: как можно считать фекалии в баночках произведением искусства?! И это чертовски верно. Нельзя. Но искусство вовсе не в законсервированных баночках. А в том, что за этими "концептуальными" консервами. А именно в их цене (цена унции чистого золота высшей пробы за каждую унцию содержимого) и отношении к этим баночкам. То есть художник поставил знак равенства между экскрементами и золотом. И этим равенством, по задумке художника, были деньги. Те самые деньги, за которые вы покупаете телевизоры, колготки, сумки из крокодилов, самих крокодилов и за которые люди продают самих себя. Те самые деньги, которые стали уже 1961-ом году мерилом искусства (как часто вы видите в статьях по изобразительному искусству сразу после названия картины ее стоимость?..). И знак равенства оказался на своем месте (как бы печально это ни было). Сам художник говорил, что "буржуазным свиньям нравится только дерьмо" (пожалуй, он имел в виду не только миланских ценителей искусства, но и всех вообще, справедливо подозревая многих в невежестве). Кажется, с тех пор ничего не изменилось... И люди готовы называть искусством все, что им объявят дорогостоящим. Вплоть до айфонов. Современное искусство коммерциализировано. И это данность общества, в котором мы живем. И те самые баночки оказываются искусством потому, что художник оказался прав. Указав нам на то, чего мы стоим (кажется, золота?..). И вот уже в каждом втором четырехколесном утюге звучит модная "Монетка" от покинувшего бренный мир Ромы Англичанина (попробуйте представить этот текст у себя в голове — и вы начнете сожалеть, что Англичанин вообще научился хоть как-то слагать буквы). Иными словами, коммуникация без искусства в лучшем случае — хайп.
Что же получится, если идея произведения искусства раскрывается не столько в физическом воплощении (холсте, инсталляции, перформансе), сколько в реакции человека на это воплощение? Хорошо, если эта идея есть и она очевидна вне пояснительных записок (буклетов, манифестов и проч.). В 60-х годах прошлого столетия было довольно популярное движение «венских акционистов», самые «безобидные» работы которого носили крайне провокационный по тем временам характер. Например, женщина, лежащая в наполненной водой ванне и мастурбирующая (стены комнаты прозрачны и зрители могут видеть все, что делает женщина). Работа, конечно, вызвала возмущение и непонимание. И художники, конечно, рассказали о чем их работа. Полагаю, в современном мире, в наши дни эта работа не вызвала бы ни возмущения, ни непонимания. Только пару роликов на youtube c количеством просмотров ниже сотни. Потому что провокативность давно уже превратилась в тот самый хайп, маргинализировалась в виде купающихся в ванне с чипсами школьников и откровенно надоела. То, что раньше шокировало, привлекало внимание зрителя и порождало в нем вопросы (что это? как это понимать?), теперь порождает только уныние и желание пролистать ленту дальше (где, скорее всего, будет то же самое). Показательна в этом смысле судьба последнего перформанса Павленского, которому во французском суде не дали возможности рассказать о своем творческом акте, не дали трибуны, если угодно, и весь перформанс тут же превратился в хулиганскую выходку не совсем адекватного гопника. Но что еще хуже, подобные акты творчества, к великому моему сожалению, далеко не блещут оригинальностью (если зайти на vimeo, то за несколько минут можно увидеть с десяток артистов перформанса, которые либо обматываются лентами, либо обливаются красящими веществами, либо засовывают что-либо в гениталии, либо просто декламируют текст обнаженными). И подавляющее большинство современных перформансов отсылает к работам все той же «бабушки» Абрамович.
 
К чему я это? Черт знает... Так вот про Абрамович и тех самых людей. Лет десять назад я служил в армии. Служил в Елани (что с местного языка переводится как "Гиблое место"). Место и правда гиблое: кругом леса и ядовитые болота, комары с кулак летом, морозы за тридцать зимой. Как в страшной сказке. Но самым страшным в этой сказке был не климат, не марш-броски и даже не жахнуть нечаянно из БМП по складу с вещевухой. Самым страшным была... солдатская баня: маленькая, но по приказу ротного вмещавшая по 120 пехотинцев за раз. И солдатам приходилось, чтобы не вылезать с голым задом на мороз, прижиматься друг к другу. То есть 120 парней обреченно жмутся друг к другу, вовсе не испытывая друг к другу симпатии. Честно говоря, это отвратительно. Я бы с удовольствием попал в такую очередь, но женскую. И прижимался бы сколько хватит мужских сил. Но... Когда я увидел протискивающихся мимо обнаженных людей посетителей выставки — я вспомнил именно это. А если бы это были не чужие люди, а, скажем, родственники? Еще отвратительнее, правда? А если прижиматься к телу любимого человека? Некоторым это даже снится...
Абрамович просто поставила двух человек друг напротив друга и заставила протискиваться между ними, получая такой экспириенс, который вряд ли даст пусть даже самая классическая из классических картина. И все это достигается таким минимализмом, что минималистичнее некуда (два обнаженных человека+место+зритель). Никаких звуков, красок, движений... Как вы думаете, у многих так получится: при таких условиях сделать подобное со зрителем/слушателем/читателем? Сама Абрамович как-то сказала, что искусство перформанса многие не признают искусством, потому что по-настоящему хороших перформансов очень мало — дай Бог два-три за всю жизнь художника. На мой взгляд, тот перформанс, который я описал, самое настоящее искусство. А уж "В присутствии художника" — тем более.



 

 

 

 

Создание сайта - iFrog

Создание сайта - iFrog

© 2011-2012 “ARTWAY”

e-mail: f-art8@mail.ru

Учредитель и главный редактор: Башкиров Сергей Геннадьевич, тел.:+79119704070

адрес: Санкт-Петербург

телефон: (981) 709-79-49

При полном или частичном использовании материалов ссылка на «ARTWAY» обязательна.

Для сетевых изданий обязательна гиперссылка на сайт «ARTWAY» — www.artwayspb.ru

Выходные данные СМИ «ARTWAY» : Свидетельство о регистрации СМИ выдано Роскомнадзором Эл №ФС77-50682 от 17.07.2012

Рейтинг - 16+